Америку не удастся сделать не христианской!

Левый секуляризм сегодня правит в США, но далеко не все согласны с таким положением дел.

Роберт Питер Джордж — профессор юриспруденции Принстонского университета, старший научный сотрудник Института Гувера при Стэнфордском университете, приглашенный профессор Гарвардской Школы Права, член комиссии США по Международной Религиозной Свободе. Этот человек назван газетой The New York Times «наиболее влиятельным консервативным христианским мыслителем» и «одним из самых уважаемых теоретиков права в США». Политические аналитики и публицисты США и Британии видят в Р.П. Джордже одну из ключевых фигур для понимания происходящей в последние десятилетия «консервативной контрреволюции» в Америке.

В интервью порталу Terra America Роберт Питер Джордж рассказывает о роли религии в общественной жизни Америки. Наш собеседник также обозначает свои воззрения на левые и правые ценности. По его наблюдению, прежний союз левого общественного движения и религиозного гуманизма, сыгравший большую роль в период десегрегации и борьбы против войны во Вьетнаме, сегодня распался: в левом лагере общественных сил Америки преобладают воинствующие секуляристы, их оппоненты вынуждены дрейфовать вправо.

* * *

— Известно, что многие представители американской политической элиты принадлежат к той или иной мировой религии. Те же, кто не ассоциирует себя с какой-либо религией, находятся в меньшинстве. Однако многие видные американские политики, к примеру, те, кто входит в партию демократов, разделяют светские взгляды на образование, вопросы сексуальности, и т.д. По Вашему мнению, каким образом им удается совместить христианские идеалы и светские вгляды? Разве эти две системы не противоречат иногда друг другу?

Роберт Питер Джордж

— Ваши слова, без сомнения, верно описывают американских политиков. Почти каждый из них принадлежит к какой-либо религиозной конфессии и считает себя верующим. Что же, большинство американцев религиозны и считают веру важной частью жизни, и это понимают даже те политики, чья религиозность не вполне искренна. Однако религиозная вера и принадлежность к той или иной конфессии не столь важна для других элит американского общества. К примеру, намного меньше религиозность выражена среди профессоров (и вообще класса интеллигенции), представителей медиа и тех, кто занят в индустрии развлечений. То же самое можно сказать и о влиятельных представителях многих других весьма престижных профессий.

Но вернемся к политикам. Нельзя не признать тот факт, что в случае возникновения конфликта между традиционными иудео-христианскими учениями и либеральными светскими взглядами на брак и сексуальную этику, а также на ценность человеческой жизни и другие вопросы морали, Демократическая партия, как и огромное большинство демократов, занимающих должности национального и государственного масштаба — включая Барака Обаму, — положительно относятся к либеральному секуляризму. Обратное наблюдалось совсем недавно — в 1968 году. С тех пор, однако, произошли постепенные изменения. Теперь невозможно занять важный государственный пост национального уровня, а во многих штатах и любую выборную должность, не признавая либеральных секулярных ценностей в ключевых морально-этических вопросах.

И во многих случаях это означает отход от ценностей, которых придерживаются традиционные конфессии (к примеру, католицизм). Некоторые из демократов нашли способ обойти проблему собственной религиозности, заявляя, что они «лично против» того, чтобы совершать убийства нерожденных детей посредством аборта, и в тоже время они поддерживают законы, легализующие подобные операции. Они даже готовы выделять на аборты бюджетные деньги! Все это выглядит весьма сомнительно. Наиболее заметный пример подобного поведения — вице-президент Джо Байден, который открыто заявляет о себе как о преданном католике, всецело принимающим позицию церкви относительно абортов, но который «воздерживается от навязывания своих взглядов» и поэтому выступает против запрета на аборт.

Однако, как заметил один католический священник, Байден не совсем правильно понимает, а скорее даже искажает позицию Католической церкви, согласно которой, каждый человек, вне зависимости от расы, пола, этнической принадлежности, наконец, возраста имеет равное право на жизнь, и оно должно быть защищено законом. Таким образом, заявление Байдена о том, что он уважает учение церкви, утрачивает всякую содержательность.

— Можем ли мы сказать, что в США есть такие понятия, как левая религиозность или «либеральное христианство»? И если да, когда, как Вы считаете, сформировался данный феномен? Кто из интеллигенции и богословов это поддержал в США и Европе? Насколько влиятельны в американской политике просвещенный агностицизм и другие формы нетрадиционной религиозности, такие как движение Нью Эйдж? Насколько они влияют на либерализацию общественных взглядов?

— В свое время в США было очень влиятельное левое религиозное крыло. Его больше нет, оно разрушено левыми секуляристами, которые стоят на позициях, неприемлемых для всех христиан, если только последние всерьез воспринимают библейскую мораль и находятся в ладах со здравым смыслом. Право на аборт — пример из этой серии.

Другим примером является переопределение понятия брака, который теперь утратил свой привычный для нас смысл. Некоторые из христианских пастырей просто перешли на левые позиции, капитулировав перед наступающей секуляризацией. На практике они зачастую представляют собой «священников перед холодным алтарем, потерявших веру, но сохранивших свою работу». Другие, оставаясь на левых позициях, попытались сохранить христианские принципы морали, отвергнутые приверженцами секулярной точки зрения, но эти люди не имеют серьезного политического влияния.

Консервативные в социальных вопросах верующие по большей части перешли в правый лагерь. Лично я один из таких людей, так же как и покойный Ричард Джон Нойхаус.

Расцвет левой религиозности пришелся на период между 1940-ми и 1960-ми годами, когда шла борьба за гражданские права, и продолжился в 1960-х и начале 1970-х на фоне протестов против войны во Вьетнаме. Гражданские права, неприятие войны и призывы к государству бороться с бедностью — все это были благородные устремления, которые можно было с энтузиазмом воплощать в жизнь, не компрометируя принципы христианской веры.

Действительно, если вдуматься, то, что может быть более достойным делом, вполне гармонирующим с христианской верой, как не борьба за равные права разных рас, за прекращение войны, которая кажется бессмысленной и неоправданной, за избавление людей от лишений и нужды! В те годы альянс между религиозными и левыми секулярными кругами не представлял большой проблемы для верующих. Но на сегодняшний день многое изменилось. Сегодня по вопросам абортов, браков и по другим морально-чувствительным социальным вопросам в левых кругах безраздельно доминируют секуляристы. Религиозные люди, придерживающиеся левых взглядов, вынуждены либо с ними соглашаться, либо молчать.

Что касается движения Нью-Эйдж, то его влияние на политику незначительно. Гораздо более существенно на политику влияет идеология индивидуализма. Основным элементом этой идеологии является представление о том, что претворение в жизнь всех человеческих желаний, равно как и поиски способов их удовлетворения, не должны быть ограничены традиционными моральными нормами. Согласно секулярной установке, эти нормы лишь препятствуют личной самореализации и всестороннему свободному самовыражению. И государственная политика не должна мешать этому самовыражению, за исключением случаев, когда такое самовыражение может повредить другим людям.

При этом «другие» на левом фланге понимаются как те, что обладают гражданскими правами — их называют «личностями» и «обладателями прав». Получается своего рода «факультативная» государственная политика: она должна помогать «правообладателям» в их «выборе образа жизни», «способствовать» их счастью, в том числе и с помощью предоставления им средств контрацепции, оплаты абортов и т. д.

— Насколько соответствует действительности высказывание о том, что США впитали дух 60-х, вследствие чего мы сейчас наблюдаем своего рода возрождение, или же, второе пришествие подобных идей?

— Соединенные Штаты действительно впитали дух контркультуры 60-х. Ее влиянию подверглась и элита, и вся американская культура в целом. Порнография, распущенность, употребление наркотиков, вступление в сексуальные отношения и сожительство без брачных уз, дети, рожденные вне института брака и тому подобное, намного более распространено сегодня, нежели до начала 60-х годов. Принципы выражения «собственной индивидуальности» пришли на смену нормам иудео-христианской морали, причем не только в среде интеллигенции, в кампусах университетов и в шоу-бизнесе. Изменения коснулись гораздо более широких кругов общества.

— До какой степени факт нахождения Обамы на президентском посту можно рассматривать как победу духа 60-х? Насколько значительна эта победа?

— Администрация Обамы и в самом деле является почти идеальным воплощением духа 60-х. Дальнейшему распространению этого духа противостоят религиозные правые и социальные консерваторы. В союзе с ними выступают и экономические либералы, отвергающие этатизм.

— Насколько влиятельны религиозные правые в США сегодня? Какие конфессии и религиозные группы наиболее активно участвуют в движении консерваторов? Можно ли сказать, что оба идеологических лагеря — левые и правые — являются «межконфессиональным» феноменом? Означает ли это, что стираются границы теологического и канонического характера?

— Религиозные правые оказывают значительное влияние на консервативное движение, а также на Республиканскую партию США. Сегодня нельзя стать кандидатом от консерваторов, не выступая с позиций защиты жизни (pro-life, то есть за запрет абортов — ред.) и традиционного брака. И хотя на следующей республиканской конференции будет сделана попытка ослабить позиции большинства партии по вопросу брака, я прогнозирую, что эта попытка окажется безрезультатной.

Консервативное религиозное движение является коалицией верующих католиков, евангельских протестантов, православных христиан, мормонов и ортодоксальных евреев. Они объединились для совместной работы по защите неприкосновенности человеческой жизни, брака и семьи. Они стоят на страже своих доктрин и не делают попыток размыть границы определенных теологических различий, но в тоже время они не позволяют различиям во вглядах помешать совместным действиям верующих в защиту общих ценностей и моральных убеждений. Данная коалиция в настоящее время стала привлекать внимание и мусульман, хотя многие мусульмане в Америке, несмотря на свои консервативные вгляды на общественный строй, не чувствуют себя комфортно в союзе с другими религиозными консерваторами. Я считаю, что в этом скорее вина консерваторов-христиан, нежели мусульман.

Дело в том, что слишком большое число христианских консерваторов критикуют ислам в целом, не видя различий между террористами, исламскими экстремистами и обычными мусульманами, которые хотят того же для своих детей, что и консервативные христиане. В результате мусульмане оказываются под влиянием левых политиков, чьи моральные убеждения часто далеки от жизненной позиции набожных мусульман.

— Бытует точка зрения, что в США существует разделение государства и церкви, но нет разделения между государством и религией. Как Вы считаете, события наших дней могут привести к столкновениям между людьми, выступающими за отделение церкви от государства, и религиозными консерваторами? Может ли это столкновение обернуться тотальным отказом от ценностей христианства в Соединенных Штатах?

— В США церковь существует отдельно от государства, в связи с чем никто не занимает политических позиций благодаря положению в религиозных кругах, и наобоорт. Но наше разделение церкви и государства не является разделением религии и общественной жизни. Это не секуляризм по-французски. Хотя это и не нравится многим либералам, религиозная точка зрения оказывает заметное влияние на общество и общественное мнение. Это влияние сыграло большую роль в борьбе за гражданские права и в борьбе против рабства.

Несмотря на то, что сегодня идеология ярко выраженного индивидуализма глубоко укоренилась в элите, но далеко не все с ней согласны, и несогласие в основном исходит от верующих людей. Эти люди не требуют теократии или любого другого религиозного диктата в обществе. Они хотят лишь равных для себя прав и возможности быть услышанными. Я считаю, что даже радикальные приверженцы левых взглядов прекрасно понимают, что им не удастся сделать Америку не христианской страной. Их стратегией скорее является лишь минимизация влияния христианства на общество. Религию они пытаются представить сугубо частным делом людей. И, увы, важнейшим преимуществом левых секуляристов является то простое обстоятельство, что эти люди на данный момент контролируют исполнительную власть.

Беседовал Никита Куркин.

Источник — baznica.info

Подписаться на ieshua.org: 


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>