Ученичество в эпоху шоу


Ученичество в эпоху шоу

Ученичество и спецэффекты: интервью с Кевином Ванхузером о технологиях.

Мне нравится ставить друзей в неловкое положение, особенно, если это уважаемые богословы, которых я обычно заставляю выходить за рамки их профессионального образования, дабы услышать их мнение о современных проблемах.

Так что, когда я попросил Д-ра Кевина Ванхузера порассуждать на тему связи и противоречия между Тео-драмой (духовная драматическая теория, его специализацией) и игровыми сообществами (не его специализацией), то он, сморщив нос, нехотя согласился. В тот же период в город заявились с гастролями представители летней игровой лиги (Майнкрафт), о которых уже успели сообщить в местной прессе, и мой друг был в курсе намечающихся соревнований в театре Чикаго по этой игре.

Д-р Кевин Ванхузер работает профессором по исследовательской части систематического богословия в Евангелическом Колледже Святой Троицы г. Диарфилд, шт. Иллинойс. Он автор бесценных трудов, вроде «Драма доктрины» (2005), «Мифы богословия на новый лад» (2012), «Разумная вера» (2014), (The Drama of Doctrinе, Remythologizing Theology, Faith Speaking Understanding), и совсем новая работа, готовая к выпуску 1-го мая, под названием «Картинки с богословской выставки» (Pictures at a Theological Exhibition).

Далее следует моё интервью с ним на темы воображения, сгенерированных компьютером изображений, бесконечного потока информации и актуальности Писаний.

– Д-р Ванхузер, благодарю за то, что выделили время для нашей беседы. В своей новой книге вы пишете: «Ирония современности в том, что, несмотря на огромные возможности создания изображений, мы всё равно страдаем от чувства, которое поэт Поль Клодель назвал ‘трагедией изголодавшегося воображения’». Поясните, пожалуйста, эту мысль. Как СКИ технологии и эпоха готовых образов на наших смартфонах с высокой разрешимостью экрана, ухудшают нашу способность к воображению? И почему это оказывает негативное влияние на христианскую жизнь?

Поднять и развить тему иронии в данном вопросе было моей основной причиной для написания книги. Лежащая в основе предпосылка для «Картинок с богословской выставки» состоит в том, что многие евангельские христиане не могут обходиться без образов. Ничего нового, на первый взгляд. Древний Израиль жил и двигался дальше, благодаря образу будущего счастья, которое, по их мнению, должно было наступить с восхождением на престол правителя-человека, как у всех других «нормальных» народов в те времена. Пафос и вся эта королевская золотая пыль обладали в их воображении явно большим преимуществом, чем невидимое правление Бога.

Вера – это «уверенность в невидимом» (Евр. 11:1). А мы живем в век визуальной культуры. Ещё несколько лет назад Жак Эллюл начал обсуждать вопрос Уничижения Слова. Ведь если образ стоит тысячи слов, то движущийся образ – особенно в цифровой обработке – и того больше. Или нет? Эллюла беспокоит тот, что образы не способны запечатлеть славу как она есть: в лучшем случае, они ярко и живо передают материальный мир. Даже компьютерные изображения не проникают в глубину вещей, а передают лишь внешний облик. Визуальная культура обрекает нас на поверхностное восприятие мира и вещей.

С этой мысли я начинаю свою полемику об изголодавшемся воображении. Образы –это верхний слой воображения, как глазурь на торте, но в нём, также как и в сахаре глазури, очень мало питательных веществ. Белок и углеводы воображения, т.е. питательные вещества, содержатся в словах: историях и метафорах. Понять суть метафоры или ход мысли в истории,  значит установить связь между вещами, и, в конечном итоге, создавать этот мир. Воображение – это не просто умение восстановить канувшее в Лету, это способность создавать или открывать значимые образы.

Вернёмся к вашему вопросу: каким образом 3D  разрушает наше воображение? Ну, представьте себе слугу или робота, который бы делал за вас всю физическую работу: мыл посуду, открывал дверь, выносил мусор. Спустя некоторое время ваши мышцы ослабнут, и наступит атрофия. Вы больше не сможете поднимать что-то сами. У вас снизится, а не повысится работоспособность.

Что-то вроде этого происходит и в случае со спецэффектами. За нас всё уже придумали – больше и мечтать не о чем (представлять, используя воображение). Компьютеры воссоздают картинку до таких мельчайших подробностей, которые не под силу разглядеть невооружённому глазу. В Библии же совсем другой подход: там в историях полно пробелов, которые читатель должен заполнить сам. Чем меньше, тем лучше: ведь благодаря отсутствию подробностей в Библии, люди могут соотнести её истории со своей жизнью в любом времени и месте. Мы же позволяем режиссёрам и художникам снабдить нас всеми деталями, а в результате страдает наше воображение. В этом и разница между пассивным и активным чтением. Почему пассивное наблюдение разрушает христианскую жизнь? Приведу три основные причины.

Во-первых, все эти технологии по созданию образов работают на так называемую «шоу-культуру» (так окрестил нашу культуру перуанский писатель и лауреат нобелевской премии Марио Варгас Льоса). Льоса обращает внимание на то, что в прошлом целью культуры было назидание: построение общества путём обучения каждого человека в отдельности, прививая нужные гражданские ценности и развивая характер. А в культуре шоу главная задача – отвлечь и развлечь, т.е. исцелить людей от скуки. Проблема с такой культурой в том, что она становится жертвой закона убывающей доходности. Человеку приходится всё время искать всё более и более крутые и быстрые аттракционы, чтобы поддержать интерес. Динозавры должны стать ещё крупнее, разрушение городов – ещё более масштабным. В конце концов, спецэффекты настолько притупляют наши чувства, что мы уже не способны воспринять удивительное вокруг себя. К тому же, все эти спецэффекты заставляют думать, что служение слова – устная речь – это примитивно и неинтересно.

Во-вторых, добропорядочные христиане, которые хотят рассказать об Иисусе, поддаются искушению сделать это на современный манер, копируя культурологические способы подачи информации, но не думая о том, насколько эти способы подходят содержанию. Например, сколько уже отсняли фильмов о библейских событиях с применением спецэффектов? (Ной, Исход: Боги и Цари). А вы знали, что уже создали отдельный жанр христианских комиксов про супергероев? А христианам, что, правда нужны супергерои? Я не думаю. Люди веры никогда не обладали супер способностями – у них было лишь послушание вере (Евр. 11).

В-третьих, и, пожалуй, это самая важная причина для беспокойства, – воображение церкви стоит под угрозой исчезновения, так как её всё больше и больше захватывают яркие образы, которые связаны с современными культурными явлениями, а не с христианской верой. Задача ученичества в том, чтобы понимать этот мир с библейской точки зрения и жить в соответствии с таким пониманием. Задача усложнилась с тех пор, как культуру завоевали различные шоу, где спецэффекты кажутся более реальными, чем повседневность, и где образы хорошей жизни или успеха (слава! богатство! власть! красивый голос!) заполонили наше воображение, и привели к появлению идолов в наших сердцах.

Культура, кстати, всегда стояла на пути духовного развития. Культура культивирует; культура делает из людей производителей и потребителей светской продукции. Современные популярные образы – это картинки, так называемой, хорошей жизни, которую создают в нашем воображении талантливые маркетологи-гуру. Евангелиям благополучия не будет конца!

Не поймите меня неправильно: ученикам необходимо обладать ярким воображением. Я верю в то, что Писания освобождают наше воображение от культуры шоу для того, чтобы мы могли видеть этот мир таким, какой он есть: хорошее, но падшее творение, в котором Царство Божье распространяется загадочным и подчас весьма неприметным образом. Иисус умел преподнести это в виде простых иллюстраций: притч. В притчах удивительно то, что там совсем нет спецэффектов, зато показано, как найти необычное в обычном. Воображение христиан не отвлекается на искусственные поверхностные образы (шоу), а проникает вглубь вещей. Ни один компьютер не сможет воздать должное образу, который представляет Павел в Ефесянам 1: как Бог планирует объединить всех и вся во Христе Иисусе (Ефес. 1:10). Вы можете представить себе это?

show2

– Это чрезвычайно важный момент… Похоже, мы получаем информацию из трёх разных источников. Бог говорил нам через Сына в виде Слова (специальное откровение), и через Своё творение (общее откровение). Кроме этого, нас постоянно подкармливают свежими изобретениями человечества: либо продукцией массового спроса от крупных корпораций, либо от дельцов помельче, вроде людей творческой сферы, либо от соцсетей, в которых на нас сваливают своё мнение наши подписчики, друзья и родственники. Христиане должны считать приоритетной информацию от Слова и творения, но чаще всего получается, что мы тянемся к корму, который бросают нам производители и СМИ, и который кажется нам более подходящим к сегодняшней ситуации. Каковы же духовные последствия того, что мы игнорируем Божьи откровения в пользу произведений рук человеческих?

«Прикорм» — это реальный термин, и, на первый взгляд, он противоречит сказанному мною выше насчёт изголодавшегося воображения. Но лишь на первый. Плохое питание – это вид голодания, но ничего общего с недостатком пищи он не имеет. Наоборот, наши информационные порции становятся всё больше и больше. Мы переедаем! У нас больше информации, чем когда-либо, причём в постоянном лёгком доступе (в телефонах, к примеру). Мы стали народом быстрого питания в прямом и переносном смыслах. И еда, и информация находятся в нашем распоряжении 24 часа в сутки. И в результате над нами повис страшный вопрос Т. С. Элиота: «А где же знания, утерянные нами среди всей этой информации? И где мудрость, утерянная нами среди всех этих знаний?»

Кальвин назвал Библию «очками веры». Если бы он жил сегодня, то, наверное, использовал бы термин «программное обеспечение веры». Одно дело иметь информацию, другое – уметь её обрабатывать. По мнению Элиота мы завалены информацией. Вопрос – как это всё усвоить или разобраться во всём этом. Ведь очень легко сбить фокус, если всё время попадаться на крючок новизны. Бедный я мыслитель! Кто избавит меня от мегабайтов информации? (Рим. 7:24, перефраз.)

Одно из последствий игнорирования Божьих откровений – утрата цели в жизни – той самой пресловутой большой картины бытия, а вместе с ней и мудрости. Не имея перед собой картины вечности, мы концентрируемся на временных вещах и тирании новизны. Нас подавляет не только само количество информации, но и количество решений, которые нам приходится принимать ежесекундно.

Как я уже упоминал ранее, культура с утра до ночи без выходных трудится над духовным формированием людей с помощью книг, личных помощников и даже тренеров по когнитивному функционированию, которые дают массу советов о том, как правильно принимать решения. Однако, если конец виден нам не чётко, и смещены параметры того, что было хорошо для нас (т.е. что содействует нашему собственному и других людей процветанию), то сделать выбор становится довольно сложно. Современная культура заставляет нас выбирать в пользу самого эффективного, удобного, приятного или прибыльного, но все эти понятия относятся к потребительскому восприятию мира, к тем, у кого бог – чрево.

Библия даёт нам ценные указания о том, как лавировать в море информации, и не позволить волнам потопить вас. В Библии говорится, зачем мы живём на земле, кто мы такие, что нам делать с нашими ресурсами, как проводить время и на что потратить энергию. Без священного текста — этого программного обеспечения в виде повествования – не поможет нам стать мудрее или процветать. Актуальность – это химера: нам нужна правота и праведность. Нам нужно понять, как идти путём Иисуса.

– Аминь, а ещё мы нуждаемся друг в друге. В теле, лицом-к-лицу, реальное общение стоит выше всех виртуальных коммуникаций, включая письма и тексты. Павел и Иоанн знали это хорошо (см. Рим. 15:32, 2-е Тим. 1:4, 2-е Иоан. 12). Я думаю все мы понимаем важность тона голоса, жестикуляции, доброты в голосе, и т.д., что помогает общаться и интерпретировать значение. Но кроме того, что ещё доказывает, что христианам не обойтись без личного общения, если мы хотим испытывать радость во взаимоотношениях?

Церковь – по библейским понятиям! – это собрание верующих. Во времена Нового Завета церкви всегда обосновывались в городах: Коринфе, Риме, Ефесе и так далее. И тому есть причины. Хоть и важно не забывать о «небесном гражданстве» церкви и её союзе со Христом (Ефес. 2:6), не стоит упускать из виду то, что Библия ссылается в основном на её земные представительства: специальные собрания, где «двое или трое собираются вместе» (Матф. 18:20). Христианская жизнь со всеми её целями и намерениями крепко связана с конкретным местоположением – отсюда и выражение «поместная церковь».

Одна из проблем, вызванная глобализацией,  коммуникационными и транспортными технологиями, и модернизма в целом, — это цена, которую приходится платить за все эти полезности: постоянное перемещение. Скайп может поселить целый мир в ракушке, но в результате такой моментальной коммуникации с любым человеком в любой точке мира возникает сиротское чувство, будто мы бездомные, и не можем назвать домом какое-то конкретное место. Расстояния перестали быть препятствием. Что в целом неплохо. Но, с другой стороны, наша быстрая связь с любым местом, будь оно близко или далеко, лишает нас чувства «что я – дома». И это касается не горстки людей, которые не знают, что считать своим домом; вся наша культура страдает от чувства «потери своего места в жизни», как его обозначил Оливер О’Донован.

Какое отношение имеет место к  разговорам лицом-к-лицу? Самое непосредственное. Поместная церковь – это община, которая собирается в определённом месте. А коммуникационные технологии безразличны к выбору места: они завоевали всё пространство. Мы можем спокойно поговорить с кем-то на другом конце земли, или даже на Луне и в космосе, если захотим. Расстояние больше не имеет никакого значения. Или всё-таки имеет?

Поместная церковь занимает определённое место на земле. Это не так важно. Люди – это души, имеющие телесную оболочку. Наши тела задают нам место пребывания: наша позиция зафиксирована. Мы можем быть где-то физически только в одном месте в одно время. Вот с этого и начинается ответ на ваш вопрос. Точно также как в Вечере Господней мы празднуем «реальное присутствие» тела Христова, точно также мы празднуем и «реальное присутствие» друг друга. Когда собирается община верующих, то она не просто заполняет собой пустое пространство. Нет, церковь как собрание верующих говорит и делает то, что придаёт этому пространству смысл. Место позволяет собравшимся общаться друг с другом.

В определённом смысле самое важное пространство в церкви – это пространство между двумя людьми: именно в этом «между» и происходит всё самое важное личностное общение. Как-то грустно передавать друг другу мир Христа в электронном виде, а не через объятия. Общение лицом-к-лицу необходимо, если члены поместной церкви хотят реально быть рядом друг с другом и для друг друга. Сложно есть один хлеб, если не сидеть при этом за одним столом (1-е Коринф. 10:17).

show3

– Теперь про игровые сообщества. Видеоигры всегда были и есть сильным искушением для изолированного пользователя. Однако недавно такие игры поднялись ещё на один уровень: теперь в них можно играть толпой, объединяя друзей в виртуальной реальности. Как они перекликаются с Тео-драмой, где делается упор на теологию как живой динамичный организм, который воплощается и живёт в общности народа Божьего? Возможно ли хоть где-то провести параллель? И каким образом игры и игровые сообщества искривляют наше сознание в попытке убежать от реальности?

Мой опыт в таких играх невелик. Я пытался разобраться в этой модной тенденции, чтобы «вера снискала понимание»: хотел узнать, из-за чего поднялась такая шумиха, и про это там вообще говорят мои студенты. Кое-кто из студентов решили написать курсовые работы по конкретным играм, где могут одновременно играть несколько игроков в режиме онлайн (им нужно было представить богословские комментарии по конкретным «культурным текстам»). Вот как я узнал про Вторую Жизнь и Воркрафт.

Эти игры – чей-то громадный бизнес. Миллионы долларов тратятся на разработку и покупку. Многие игры сначала выпускают релизы и трейлеры, прям как голливудские блокбастеры. Я говорю своим студентам на курсе культурной герменевтики: если хотите понять, что новенького в культуре, следите, куда идут деньги.

Честно говоря, до сих пор я не замечал ничего общего между онлайн играми и моими лекциями о том, как жить в свете истории искупления, которую рассказал нам Бог через Иисуса Христа. Разве что идея об участии в истории, которая больше нас во много раз, но в которой мы можем совершать что-то важное, даже героическое.

Во многих играх за основу сюжета взяты мифы. В эпоху растущего цинизма, где не осталось практически никаких жизненных ценностей (ибо кто может пойти против «системы»?),  игры заставляют человека почувствовать себя властелином, от которого многое зависит. А то, что там несколько игроков, даёт возможность ещё и проявить добродетель: ибо нет большей любви, чем нежели положит подросток аватарку свою ради друзей своих…

Не скрою, что я считаю совершенно бесполезными все эти игры с точки зрения их ценности в социальной области (хотя подозреваю, что уже есть целые христианские служения, которые считают свои полем для благовествования игровые сообщества, поэтому возможно я прав лишь наполовину). Онлайн игры и сообщества – это один из симптомов нашей культуры шоу. Игры делают наши компьютеры «пультами управления шоу».

Я не эксперт, но знаю о нескольких исследованиях, подтверждающих отрицательный эффект видеоигр на подростков и взрослых. (Чтобы быть до конца справедливым, должен заметить, что эти же исследования подтверждают и такие положительные эффекты как опыт онлайн отношений и сотрудничества.) в прошлом году было две статьи о взрослых геймерах, которые оба умерли в интернет-кафе после трёхдневной непрерывной игры. (Есть отличный сайт, где рассказывается о зависимости от игр.)

Зависимость – это противоположность формирования добродетели.

Не все геймеры зависимы, конечно. Но даже без зависимости у них могут возникнуть серьёзные физические, социальные и духовные последствия. В церквях должны рассказывать об этом, а родители должны сделать гораздо больше, чем просто контролировать время и безопасность игр. Увлечение играми может стать альтернативным решением настоящих проблем. Виртуальный мир лишает человека осознания, кто он такой, и часто мешает развитию реальных отношений. Некоторые геймеры предпочитают свои онлайн профайлы и имена, стараясь забыть о своём настоящем я, и проводят больше времени у экрана, чем с семьёй. Игры становятся идолами: многие геймеры просто не могут закончить игру, став рабом виртуального мира, и теряют драгоценные часы каждый день. Человек не может служить Богу и онлайн играм одновременно.

Интересно, что иногда именно про христиан говорили «живут в другом мире» такие критики как Маркс и Фрейд. Но я считаю, что христиане как раз те, кто должен быть всегда настроен на волну реальности и истины. У нас всего одна жизнь, и есть много всего, что христианам надлежит делать и говорить в качестве учеников Господа Иисуса Христа. Главный девиз для серьёзных учеников – «спустись на землю», а не «летай в облаках».

– Про это вы написали так: «Ученики не могут позволить себе ходить во сне каждый день, как лунатики». Стоит задуматься о том, что затягивает нас. Какие бывают симптомы того, что коммуникационные технологии (смартфоны, планшеты, соцсети) стали отнимать слишком много времени в нашей жизни и потихоньку начинают изменять наше восприятие жизни в целом? Чего бы вы остерегались?

Здесь предпосылка следующая: много людей действительно лунатики: делают привычные движения изо дня в день, но не вкладывают душу в свои действия, не замечают присутствия и дел Бога. Но ведь самое главное – и имеет вечную ценность – это то, что делает Отец в Сыне через Святого Духа. Обновляет и восстанавливает творение: вот это спецэффект!

Ученики обладают великой привилегией и ответственностью перед остальными: провозглашать и показывать пример новой жизни во Христе. Как я уже говорил ранее, слишком много членов церквей позволили своему воображению увлечься иными историями, особенно тех, что печатают на первых страницах периодики. Телекомпания СNN и другие новостные компании ежечасно предлагают «горячие новости» и, если вы будете безответственны, то можете прошляпить их (синдром «успеть всё»).

Правда в том, что в нашей голове на первом месте стоит вовсе не история Иисуса, а всякие другие истории – то ли знаменитостей, то ли свеженький ролик из ютьюба. Недавно читал статью в журнале TIME об исполнительном директоре YouTube, который сообщал, что каждую минуту в мире загружается более 400 часов видеоматериала. Картинки и видео притягивают наше внимание течение всего дня. Как люди в прошлые века постепенно переходили от устной грамотности к письменной, так и мы постепенно переходим к «видеотности». И необязательно становиться программистами – каждый из нас связан с «электронностью»: мы люди пикселей.

Исследования показывают, что американцы тратят примерно 5,5 часов в день на какой-то электронный девайс. Женская часть студентов в университете Бейлора признаётся, что использует сотовые телефоны примерно по 10 часов в день. Шерри Тёркл бьёт тревогу в свое книге «Возрождение разговора: сила слов в веке электроники» (Reclaiming Conversation: The Power of Talk in a Digital Age). Также как и с видеоиграми, эффект сетевых телекоммуникаций отрицательно сказывается на развитии межличностных отношений.

Тёркл считает, что люди настолько уходят с головой в свои девайсы, что теряют способность оставаться наедине с собой, и развиваться внутренне. Те, чей внутренний мир беден, не умеют сострадать другим, просто потому, что, возможно, не замечают их. Я вижу, как 4-5 летние дети сидят в ресторанах в ожидании еды, не поднимая головы от своих электронных игрушек, пока родители без остановки строчат сообщения в своих смартфонах.  То, что раньше считалось семейным временем, чтобы специально пообщаться всем вместе, стало ещё одним случаем побыть одному, находясь в толпе.

Подростки любят использовать приложение Snapchat, потому что сообщения исчезают сразу после прочтения. Трудно следовать принципу «да будет ваше да, да» (Иак. 5:12), если слова так легко испаряются. Проблема опять-таки в том, что все эти новейшие технологии могут незаметно разрушить саму цель общения – «создание общности». Люди, которые с тобой лишь частично, не могут полностью поделиться с вами своей жизнью.

Голосовые сообщения также недолговечны. Если печатные слова Snapchat задерживаются на секунды, то произнесённые устно – на доли секунд. Тем не менее, возникает вопрос об этичности сообщений, в которых содержится намерение нанести себе какой-либо вред, под предлогом, что всё равно они уничтожатся. Это уже другая сторона дела.

Ученики, хотящие следовать за Иисусом в 21-м веке, должны проснуться и бодрствовать. Надо понимать природу и влияние, которое могут оказывать на нас новые коммуникационные технологии. Нам нужно понимать, в кого превращает нас современная культура общения – в какого сорта людей и какой дух воспитывает в нас. Зависимость может быть не только от игр, но и от приложений в смартфоне. А вы знали, что в работе над созданием хорошего приложения участвуют не только программисты, но и психологи со специалистами поведенческой экономики?

Многие дизайнеры приложений из Силиконовой долины  изучают тему навязчивых состояний в лаборатории технологии убеждения в Университете Станфорд (я не шучу, такая лаборатория действительно есть там!). Её основал в 1998 году Б. Дж. Фогг, автор новой науки, которую он назвал «каптология» (акроним от computers as persuasive technology, «компьютерная система убеждений», наука о целевом поведении). Каптологи разрабатывают способы привлечения и удержания внимания людей, чтобы у них появилось подсознательное желание всё время пользоваться данным приложением (см. книгу Нира Эйала «На крючке: как создать вещи, формирующие привычку»).

Сегодня мы беспокоимся по двум причинам: что обо мне подумают люди? (наш статус среди людей) и что я могу пропустить? (жажда всё время быть в курсе всего и страх упустить что-то, синдром «успеть всё»). Короче говоря, «я на связи, значит я существую». Вопрос только – с чем на связи? Боюсь, для многих ответ будет таким – на связи с империей развлечений. Мы живём в эпоху «экономики внимания», и воскресная проповедь кажется малопривлекательной по сравнению с сафари-серфингом. Последнее даёт нам возможность подняться на гребне волны популярности нашей культуры. Но ученик Христа должен задать себе отрезвляющий вопрос: а стоит ли оно нашего внимания?

Шоу эфемерны, поэтому люди с синдромом «а вдруг что-то упущу?», находятся в вечном поиске следующей сенсации. Ученики, живущие в реальном мире, держат во внимании только одну главную сенсацию, которая действительно имеет значение: новость о том, царство Божие ворвалось в этот мир в Личности Иисуса Христа. Вот эта сенсация достойна нашего постоянного внимания и бодрствующего воображения.

– Д-р Ванхузер, благодарю вас за беседу, и за то, что взялись раскрыть тему, которой вы не занимаетесь вплотную. А мы будем следить за появлением в книжных вашего труда: «Картинки с богословской выставки».  

Тони Рейнки / hristiane.ru

Подписаться на ieshua.org: 


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>