Рэнди Ньюман: Серьезно? В этом суть познания Бога: делай то, делай это?

Рэнди Ньюман: Серьезно? В этом суть познания Бога: делай то, делай это?

Серьёзно? В этом суть познания Бога? Ты должен делать это, ты должен делать то, ты должен носить правильную обувь. Это то, что заботит Бога? Это сведёт тебя с ума!

Я думаю, что большую часть первых, не знаю, 20-ти лет моей жизни (когда я начал думать), если бы над моей головой было облачко, показывающее мои мысли, там было бы что-то наподобие: “Серьёзно? Это всё? В жизни должно быть нечто большее.”

Я вырос в еврейской семье на Лонг-Айленде – в пригороде Нью-Йорка. И наша семья была очень еврейской в культурном плане. Мы ходили в еврейскую школу, мы изучали еврейскую культуру, мы учились участию в еврейской литургии. Мне нравилась музыка, мне нравилось звучание, мне нравились молитвы и их значение. И мне действительно хотелось узнать всё, что только возможно, об этом, потому что это было так приятно и это обещало соединить меня с Богом, но, тем не менее, этого не происходило. Это всегда было разочарованием.

Моя семья не во всём была такой религиозной, но я начал относиться к иудаизму довольно серьёзно. И потому я начал самостоятельно всерьез изучать иудаизм. И когда мне было 15, я помню Йом Киппур, День Искупления. Это был день, когда я должен был наконец соединиться с Богом. Я собирался поститься. Я собирался не ездить в машине. Я собирался произнести все молитвы, я собирался исповедать все грехи, я собирался всё сделать правильно, чтобы это наконец соединило меня с Богом. Я сделал всё в точности так, как следовало. И это не сработало. Я ходил по дому и думал: “Это не сработало! Бог, кажется, всё так же далеко, как и двадцать четыре часа назад.”

И я ходил себе, и глянул вниз – я был одет в костюм и туфли – и я сказал: “О, нет! Нельзя носить кожаную обувь в Йом Киппур! Вот чему учили раввины.” И я подумал: “Ну, вот и всё! Вот почему это не сработало! Я обул неправильную обувь!” “Мне придётся ждать ещё целый год, чтобы сделать это правильно?! Это безумие!”

“Хорошо, Боже. Ты должен показать мне, как это работает, потому что я не могу запомнить все эти миллионы правил.”

Один мой друг пригласил меня пойти с ним в его церковную домашнюю группу. Я подумал, “Я – еврей… мы не ходим в церковь, мы не ходим в церковные домашние группы.” Он сказал: “Послушай, это не религиозная штука, это просто занятно. Старшеклассники из нашей церкви собираются вместе. Мы делаем вместе много весёлого. И, – сказал он. – Там еще девушки симпатичные.” И я сказал: “Ок.”

И вот мы в этом автобусе и собираемся ехать на пляж, и один парень встал перед автобусом и сказал: “Эй, ребята! Потише, мы будем молиться!” И он молился о том, чтобы автобус не сломался, чтобы мы отлично провели время на пляже, и чтобы никто не обгорел на солнце. И потом он сказал: “Во имя Иисуса, аминь.” И я подумал: “Эти люди сумасшедшие. Вы не можете беспокоить Всемогущего такими вещами, как солнечные ожоги.”

randynewman2

Они много говорили о познании Бога. Они использовали это выражение – “личные отношения с Богом”, и они молились так, как если бы Он был прямо здесь, и как будто они Его знали! Но я просто должен был отталкивать это от себя, потому что – нет, я еврей. Мы не занимаемся этой ерундой с Иисусом.

Первый год в колледже для меня был наполнен большим количеством веселья, вечеринок и пива. До этой ужасной, ужасной ночи в середине второго курса.

Я жил в многоэтажном общежитии в колледже, на шестом этаже и знал ребят на этом этаже, и один парень выпал через окно в гостиной и погиб. Это было… это было настолько безумно, настолько печально, я помню, как сидел на похоронах и думал: “Ок, я… Мне уже совсем не до шуток. Мне нужны серьёзные ответы.”

Потому я решил прочитать Библию, снова. Не только Танах, но на этот раз также этот Новый Завет, который те друзья дали мне. Я думал, это будет абсолютно чужая мне, нееврейская книга. Но она была очень еврейской. Этот Иисус утверждал, что Он – Бог, Он утверждал, что Он – Мессия, Он утверждал, что Он существовал всегда! Он говорил, что Он может прощать грехи! И его смерть была не просто смертью мученика, но Его смерть была платой за грехи – чтобы соединить людей с Богом.

Я помню, как читал в книге пророка Исаии, – это была моя любимая книга Танаха, – что это не Бог отделил Себя от тебя. Это ты сам отделился от Бога. Твои грехи поставили эту преграду между тобою и Богом. И когда я читал это, будучи на втором курсе колледжа, всё стало обретать смысл. Я помню, как сидел у себя в общежитии, и это было что-то вроде молитвы – я на самом деле не знал, как молиться – но это было: “Спасибо Тебе, Бог, что жизнь не бесцельная и не бессмысленная, и не абсурдная. Спасибо тебе, что в ней есть смысл, и что он – в Тебе. Он в тебе!”

Когда моей маме был 71 год, она вдруг прислала мне электронное письмо: “Я думаю, что прочитаю Новый Завет.” “Ок!” И она начала присылать мне все эти письма с вопросами об Иисусе. И потом я послал ей книгу “Преданные” Стэна Тэлчина.

Пять лет спустя мы говорили по телефону и она сказала: “Ты знаешь, мне кажется, у меня будет та же проблема, что и у парня в книге, которую ты прислал мне, у Стэна Тэлчина. Когда я скажу своим еврейским друзьям, что я – верующая в Иисуса, я думаю, они отвергнут меня.” И я подумал: “Моя мама только что сказала: ‘Я – верующая в Иисуса’?” Да! Моя мама сказала это!

Последнее: 25.09 (Украина). Спасибо!