Будь что будет: обретая терпение и веру в медленно надвигающейся катастрофе

Будь что будет: обретая терпение и веру в медленно надвигающейся катастрофе

Более двух с половиной тысяч лет назад бедствие, медленно, но неумолимо кравшееся от одного народа к другому, прокатилось по древнему миру.

В отличие от нападения на Перл-Харбор, теракта или цунами на тихоокеанском побережье, оно застало врасплох лишь немногих. Его приближение видел каждый царь, каждый народ, каждый городской житель. Они получали вести. Они жили под угрозой. Так, падение Ниневии, наиболее величественного города того времени, было делом отнюдь не одной ночи, но многих мучительных недель и даже месяцев. Следующим на очереди был Иерусалим. Впервые разрушительные волны накатились на святой город в 605-м году до н.э., затем восемь лет спустя в 597-м. И наконец, одиннадцать лет спустя, в 586-м году, пришло тотальное уничтожение.

Что же за угроза не просто на часы и дни, но на недели и месяцы, даже на годы, парализовала величайшие города мира? – Это была возрастающая мощь Вавилона, и медленное продвижение его армии от одной столицы к другой. На своём пути они устраивали осады, длившиеся месяцами, отрезая линии снабжения, так что люди начинали голодать. И это приводило к падению ведущих городов мира.

Но это приближающееся бедствие тем более не должно было вызвать удивление у Божьего народа первого завета. Ведь за десятилетия до того, как это случилось, ещё в середине седьмого века до Рождества Христова, когда главной мировой силой была Ассирия, а Вавилон лишь медленно разрастался, Божии пророки, такие как Исаия, предвещали бедствие. О том же говорил и не столь известный пророк, которого звали Аввакум. И, возможно, его слова могут оказаться особенно уместными для нас сегодня во время медленно надвигающегося на нас бедствия.

Бог – не пассивный наблюдатель

В отличие от любого другого еврейского пророка, Аввакум в своей короткой книге, состоящей всего из трёх глав, ни разу не обращает речь непосредственно к народу. Он ведёт диалог с Богом и с теми удивительными делами, которые Бог совершает в нём, оставляя вопрос личного применения на усмотрение читателя. Причём, план книги достаточно прост в соотношении с прочими еврейскими пророчествами.

Начинает Аввакум с выражения своих, на первый взгляд, оправданных разочарований, ну, может, лишь чуточку преувеличенных. Он вопрошает: «доколе, Господи?», подразумевая безудержное зло, которое он видит вокруг себя, посреди Божьего народа, в пору духовного упадка (Авв. 1:2-4). И в ответ Бог даёт такое откровение, какого пророк вообще не ожидал (Авв. 1:5-11). По сути, Он говорит: да, маленький пророк, Мой народ стал злым, и, глядя на это, Я не бездействую. На самом деле, Я воздвигаю вавилонян, чтобы истребить их.

Аввакум колеблется и шатается. Он думал, что раньше у него были проблемы со справедливостью. Но теперь ситуация усугубилась. И он отвечает ещё одной жалобой (Авв. 1:12-2:1). Как может Бог «пассивно наблюдать за предателями» (Авв. 1:13 – дословный перевод с английского) – вавилонянами, людьми ещё более злыми, чем Божий народ-отступник? Пророк становится ещё дерзновеннее: «на стражу мою стал я…, наблюдал, чтобы узнать, что скажет Он во мне, и что мне отвечать по жалобе моей?» (Авв. 2:1). Он предполагает, что Божий ответ на его вторую жалобу не будет удовлетворительным, и готовится возражать.

Но второй ответ Бога (2:2-20) приводит его в молчание. И пророк так и не выражает своей третьей жалобы. Бог не оставит Вавилон ненаказанным. Полнота Его справедливости, наведённое Им пятикратно умноженное бедствие, придёт в точно назначенный Им срок. Поистине, длань правосудия опустится, истребляя надменных и избавляя праведных, живущих по вере (Авв. 2:4).

Как нам жить верой?

Основной посыл этой книги, высказанный Богом и обращённый к сердцам Его народа, – это жизнь по вере в беспрецедентные дни, и будь что будет. Бог не обещает встревоженному пророку, что скоро Он всё наладит. По сути, Он обещает значительно усугубить ситуацию прежде, чем всё наладится. Прежде настанет полное разорение, а затем придёт избавление. Прежде – полный крах, а затем – освобождение.

Бог раскрывает перед сбитым с толку, испуганным пророком безрассудство человеческой гордыни и озвучивает новый призыв к смирению и вере, к терпеливому принятию Божьего непостижимого «дела» суда (Авв. 1:5;3:2). К тому, чтобы доверять Божественному провидению в тяжелейшие времена, во дни надвигающейся беды. И здесь мы видим не подвластный времени призыв Бога к Его народу, живущему в смутные времена (как во дни Аввакума, так и в наше время): живите верой (Авв. 2:4).

Но что это значит? Слова «жить верой» могут звучать так неопределённо и расплывчато. Что могут они означать для нас, живущих на этой земле, под угрозой, существующей сейчас (и грядущей)?

Станем ли мы ожидать спокойно?

После того, как он был приведён в молчание, Аввакум снова начинает говорить в 3-й главе, но теперь это молитва, а не жалоба. Он услышал и внял Божественному голосу и теперь прославляет Божью непрекращающуюся власть и бескомпромиссную справедливость. Заканчивается молитва пророка двумя утверждениями, начинающимися словами: «но я буду». Во-первых, он говорит, что будет проявлять терпение. Надменные и неверующие могут разрешать сложившуюся ситуацию при помощи всевозможных страхов и шума, но Аввакум будет ожидать спокойно:

«Но я буду спокойно ожидать, когда беда найдёт на наших притеснителей» (Авв. 3:16).

Его вера в Божию абсолютную справедливость обновилась. Он настроит часы своей души на Божие расписание, не рассчитывая на то, что всё будет по-другому. Бог не является безучастным зрителем, мы можем быть в этом уверены. Он наблюдает. Он внимателен. Он замечает каждое движение, каждую деталь. И в конце, мир увидит, что Он поступил правильно и ни с одним живым существом не обошёлся несправедливо.

И, при всей нашей неустойчивости, при нашей ограниченности, греховности и тревожности, при нашем желании навязать Богу собственный график решения проблем, Он призывает нас к спокойному терпению. Пусть даже сегодняшнее бедствие разворачивается так мучительно медленно.

Будем ли мы радоваться?

Второе и последнее утверждение «но я буду…» находится в стихе 18: «но и тогда я буду радоваться о Господе и веселиться о Боге спасения моего». И пророк говорит это, подразумевая именно наихудшие варианты развития событий:

«Хотя бы не расцвела смоковница, и не было плода на виноградных лозах, и маслина изменила, и нива не дала пищи, хотя бы не стало овец в загоне и рогатого скота в стойлах, — но и тогда я буду радоваться о Господе и веселиться о Боге спасения моего» (Авв. 3:17-18).

Иными словами, пусть даже перестанут функционировать линии снабжения, и полки будут пусты, экономика рухнет, и вирус придёт в наш город, на нашу улицу и даже в наш дом, – даже и тогда этот вновь униженный пророк будет радоваться о Господе. А как насчёт нас? Станем ли мы радоваться не о своих запасах, не о своём здоровье, не о личной безопасности и даже не о поражении врагов? Ведь есть лишь один неизменный, неопровержимый источник уверенности, одна абсолютная безопасность, одно прибежище, дарящее истинную радость на пути, где может встретиться наибольшее число испытаний. И это – Сам Бог. Он предлагает Себя нам, одновременно устраняя все прочие источники радости. Сможем ли мы снова довериться Ему?

Те, кто раздулись от гордости, непременно будут уничтожены в своё время, рано или поздно. Однако люди, с радостью принимающие смиряющую их Божью руку и преклоняющиеся с верой, имеющие спокойное терпение и радость, не зависящую от обстоятельств, в эти трудные дни обнаружат, что Сам Бог будет «их силой» (Авв. 3:19). Так же и с нами: жизнь по вере в такие времена найдёт своё выражение в терпении и радости. Однако какой всё же вид должны они иметь?

Воспрянем ли мы в песне?

У Бога есть много возможностей, чтобы вдохновить Свою церковь в грядущие дни. И от Аввакума мы получаем, по крайней мере, одну подсказку относительно того, как должны звучать эти терпение и радость: как пение. Это короткое взаимодействие между пророком и Богом завершается замечательным и ошеломляющим образом: пророк воспевает хвалу. Именно поэтому он заканчивает указаниями для совместного поклонения: «начальнику хора. На струнных инструментах» (совр. пер.). То есть, эти последние строки – не просто молитва. Они – песня, к которой должны присоединиться другие.

Во всех пророческих книгах нет ничего подобного этому. Аввакум начинает столь же сварливо и (на первый взгляд) с таким же вызовом, какой мы можем увидеть и в других книгах. Однако Бог милосердно обращает его душу от протеста к хвале. И это должно стать ободрением для тех, кто достаточно честен, чтобы признать за этой пандемией силу, способную в настоящее время стать преткновением для нашей веры.

Как мы видели ранее, Аввакум встречал новости не очень любезно. И тем не менее, при всей его гордыне, дерзости и страхе, Бог вышел ему навстречу. Маленький пророк в своём безрассудстве встал в позу, и Бог милосердно опустил его на колени. Бог смирил его, и пророк согласился с этим, уже сам смирив себя. Он принял сбивающие с толку, неудобные и причиняющие боль Божьи планы, предвещающие суд. Он также отказался от своего протеста, склонился в молитве и восстал в хвале.

Сможем ли и мы поступить так же, живя в эпоху затяжной неразберихи и путаницы, порождённой медленно надвигающейся неопределённостью? Заставят ли нас наши протесты, какими бы справедливыми они нам ни представлялись, встать на колени? И приведут ли наши молитвы нас к пению?

Автор – Дэвид Мэтис / © 2020 Desiring God Foundation. Website: desiringGod.org
Перевод – Ольга Крикун для ieshua.org

Последнее: 07.09 (Украина). Спасибо!