Размышления из бомбоубежища

Kids running to the shelter as rockets were exploding. Photos by David Katz / The Israel Project. Wikimedia, CC BY-SA 2.0

Дорогие друзья еврейского народа,

Ниже представлены некоторые размышления сотрудников нашего служения «Chosen People» в Израиле, которые, как мы надеемся, побудят вас молиться за нас и за Израиль.

Путь от неопределенности к надежде

С конца февраля наша жизнь приобрела совершенно иной ритм — ритм, определяемый не календарями или планами, а сиренами, воздушными тревогами и острой необходимостью действовать быстро.

То, что начиналось как нарастающее напряжение, вскоре переросло в нечто гораздо более личное и продолжительное. В первые дни царили стремительность, растерянность и тихое неверие. Телефоны постоянно гудели от новостей. Информация молниеносно поступала со всей нашей маленькой страны. Запускались ракеты, падали осколки, повреждалось имущество, люди получали ранения, и молитва наших сердец звучала так: «Господи, спаси меня и мою семью».

Люди пытались понять, что происходит и что это может означать для страны и для них лично. Но за всем этим скрывалось растущее осознание: это быстро не кончится.

«Возвожу очи мои к горам, откуда придет помощь моя. Помощь моя от Господа, сотворившего небо и землю» (Пс. 120:1–2).

Эти слова, некогда знакомые, теперь глубоко переживаются. Их не произносят небрежно, а хранят в памяти — порой очень крепко — в моменты, когда мало что еще может успокоить сердце.

Затем зазвучали сирены, нарушившие дневной покой и пронзившие ночь.

Поначалу спешка в бомбоубежища вызывала почти сюрреалистическое ощущение. Семьи быстро передвигались, собирая все, что могли, стараясь сохранять спокойствие — особенно ради детей. Адреналин бурлил в нас, заставляя быть начеку в условиях постоянно присутствующей опасности. К счастью, у нас были короткие моменты прояснения, и мы могли благодарить Бога за то, что люди созданы удивительным и чудным образом — особенно когда они находятся под угрозой.

Но дни превратились в недели, и однообразие изменило всё. Мы были в состоянии войны, семейный распорядок стало трудно соблюдать, а стабильность ускользала от нас.

Жизнь стала фрагментарной. Приёмы пищи прерывались. Разговоры обрывались на полуслове. Сон стал поверхностным — мы никогда не могли полностью успокоиться, всегда были готовы реагировать. Тело научилось оставаться в состоянии повышенной готовности. Наш разум никогда не отдыхал по-настоящему.

Сами бомбоубежища стали местами одновременно и убежища, и тихого напряжения. Взрослые обменивались взглядами, которые имели больший вес, чем слова. Некоторые пытались разрядить обстановку ради детей — рассказывали разные истории, шутили. Другие сидели молча, прислушиваясь к новостям, оценивая риски, молясь.

И в этих замкнутых пространствах вера не была чем-то теоретическим.

Она была неотложной.

«Господь будет охранять выхождение твое и вхождение твое отныне и вовек» (Пс. 120:8).

Для многих это обетование стало верёвкой безопасности, насущной необходимостью, а не какой-то далёкой истиной. Господь держал нас крепко, даже когда мы три, четыре, пять, а иногда и шесть раз в день переходили из одного убежища в другое. Ночью мы не могли уснуть и гадали, что принесёт следующий час. Будут ли перехвачены баллистические ракеты и выдержит ли наша израильская оборона?

Для детей этот период был особенно чувствительным — и поучительным. Дни, месяцы и годы подготовки и тренировок в школе научили детей реагировать. Они сильны и выносливы, но в то же время держат в себе огромный страх. На игровых площадках они бросают мячи и прыгают через скакалку и быстро перемещаются в ближайшее бомбоубежище, используя свои навыки, чтобы спастись.

Некоторые дети тревожны, постоянно нуждаются в успокоении. Другие внешне кажутся спокойными — быстро усваивают, что делать при звуке сирены, — но под поверхностью скрывается тихое напряжение. Это видно по их глазам, по тому, как близко они находятся к родителям, по тому, как они слушают и наблюдают за языком тела.

Родители несут двойное бремя: справляются со своими собственными страхами и одновременно впитывают страхи своих детей. Они стараются говорить честно, но мягко, даже когда сами чувствуют неуверенность. У них трудности с оплатой счетов, потому что в таких условиях они не могут работать.

Это может стать одним из самых серьёзных испытаний.

По прошествии нескольких недель вопрос безопасности претерпел изменения.

Речь идёт уже не просто о близости к убежищу или эффективности систем оповещения. Всё стало чем-то более глубоким: что значит чувствовать себя в безопасности, когда непредсказуемость — это то, что наиболее предсказуемо?

Наши моменты тишины постоянно прерываются взрывами; нам трудно сохранять ясность ума, и мы отчаянно пытаемся размышлять о будущем. Жизнь продолжается — но осторожно, вдумчиво и порой нерешительно.

И всё же, что удивительно, жизнь продолжается.

Мы — стойкий народ. Как только минует угроза баллистических ракет и падающих осколков, люди возвращаются на свои места в кафе, продолжают рабочие совещания или занимаются спортом. Жизнь продолжается, потому что еврейский народ уже проходил через это: преследования, погромы и изгнания, и всё это время народ Израиля жив. И на этот раз мы будем живы на своей земле! Наш народ переживал гораздо худшее.

Чувство общности не исчезло. Во многом оно укрепилось. Люди стали внимательнее относиться друг к другу. Они делятся тем, что у них есть. Они поддерживают друг друга — даже когда устали, даже когда не уверены.

«Просите мира Иерусалиму: да благоденствуют любящие тебя! » (Пс. 121:6).

Эти полные надежды слова обрели новый смысл. Это уже не просто чувство, а глубоко личный, неотложный и постоянный призыв к Богу Израиля о помощи.

Эту молитву читают дома, в бомбоубежищах и ​​в тихие минуты между атаками.

В духовном плане этот период стал одновременно периодом расширения горизонтов и очистки.

В первые дни молитвы были непосредственными и прямыми:

• «Господи, защити нас».
• «Обеспечь безопасность детей».
• «Покрой наши нужды».
• «Храни наших солдат».
• «Пусть это всё поскорее закончится».

Эти молитвы остались, но они преобразились и усвоились настолько, что стали такими же автоматическими, как дыхание.

Бывают моменты подлинной борьбы — честные, откровенные моменты:

• Как долго это продлится?
• Как нам примирить страх с верой?
• Как выглядит доверие Богу, когда обстоятельства остаются неразрешенными?
• Где же надежда?

И все же, посреди этого напряжения, в наших душах зарождается нечто более глубокое.

«Притом знаем, что любящим Бога, призванным по [Его] изволению, все содействует ко благу» (Рим. 8:28).

В данном контексте это не простой и не лёгкий стих. Мы постигаем эту истину, но, что ещё важнее, мы держимся за Господа, давшего нам это обетование.

Даже когда обстоятельства кажутся беспорядочными, растет убеждение, что Бог не где-то далеко — что Он действует, даже здесь и сейчас.

В такое время, вера — это не абстракция. Вера — это сама жизнь.

Она проявляется в бомбоубежищах, в тихих молитвах и в негласных решениях доверять — снова и снова — без полной ясности.

Сейчас мы приближаемся к Песаху — времени нашего искупления. Во многом спасение происходит в одно мгновение, но когда речь идёт о национальном искуплении, мы знаем, что иногда это долгий процесс, как это было для древних израильтян, скитавшихся по пустыне.

Национальное искупление требует выносливости. Это марафон, особенно когда финишной черты не видно.

Адреналин спал. Теперь главное — это стойкость, подкрепленная Духом.

Мы усвоили уроки выживания, которые помогут нам выдержать испытание временем, пока Господь не вернётся, и тогда больше не будет необходимости бороться!

Мы научились действовать оперативно — как эффективнее утешать детей, как создавать небольшие привычные распорядки дня в нестабильных условиях и как заботиться о других.

Однако цена реальна и обременительна.

Наблюдается усталость — физическая, эмоциональная и духовная.

Бывают такие моменты изможденности, когда тяжесть кажется невыносимой.

И все же есть еще кое-что: тихая сила, которая проникает в нашу душу.

Не громкая и не драматичная, но по-настоящему реальная.

Мы полны решимости продолжать прежде всего служить Господу, вверяя себя в Его могучие и любящие объятия, и оставаться верными Его обещаниям — как нам лично, так и всему нашему народу. Мы знаем, что последнее слово в искуплении еврейского народа принадлежит Ему, и мы с надеждой ожидаем наступления этого дня.

Как писал наш великий мессианский еврейский праотец:

«Итак, братия мои возлюбленные, будьте тверды, непоколебимы, всегда преуспевайте в деле Господнем, зная, что труд ваш не тщетен пред Господом» (1 Кор. 15:58).

Спасибо за ваши молитвы,
Команда служения «Chosen People» в Израиле.

Молитесь вместе с нами

Присоединяйтесь к нам в молитве:

1. За семьи наших сотрудников в Израиле — чтобы родители проявляли мудрость, преодолевая собственные страхи и утешая детей в условиях сохраняющейся неопределенности.

2. За детей — чтобы Бог защитил их сердца и умы, и чтобы травма от сирен и бомбоубежищ не лишила их чувства безопасности.

3. О стойкости — чтобы та стойкость, которую описывают наши сотрудники, благодаря силе Духа Святого помогла им пережить этот период, конца которому не видно.

4. Об обеспечении — чтобы материальные нужды семей, у которых сейчас нет возможности работать, были удовлетворены, и чтобы они не несли бремя финансовой тревоги в одиночку.

5. О мире в Иерусалиме — чтобы этот пасхальный сезон принес как физическую безопасность, так и более глубокое осознание Бога как нашего Искупителя.

Источник — chosenpeople.com
Перевод — Алекс Фишман для ieshua.org