Когда видный лидер Южной баптистской церкви представил меня своей жене как «реформатского харизмата», это впервые заставило меня увидеть, как некоторые люди меня воспринимают. Я реформат с маленькой буквы «р», харизмат с маленькой буквы «х». Многие проповедники-реформаты недовольны мной, но харизматы были ко мне очень добры. В предисловии к моей книге «Holy Fire» (издательство Charisma House) Джек Хейфорд признал, что я реформат в своём богословии, но всё же написал 13-страничную рекомендацию.
Когда я задумался о выходе на пенсию после двадцати пяти лет служения в Вестминстерской часовне, меня внезапно охватила паника. Я задавался вопросом о том, что же я буду делать дома, в Америке, понимая, что меня там почти никто не знает. Могу засвидетельствовать, что внезапно услышал слова: «Твое служение в Америке будет направлено на харизматов». Я не мог представить, как это может осуществиться, но благодаря Стиву Стрэнгу более двадцати моих книг были опубликованы издательством Charisma House. Пол Крауч взял у меня интервью на TBN о моих отношениях с Ясиром Арафатом, а Джек Тейлор и Чарльз Каррин открыли передо мной двери. С момента возвращения в Америку девяносто процентов моего служения было посвящено харизматам.
Хотя я и чувствую себя аутсайдером, я очень благодарен харизматическому движению. Я не заслужил права обращаться ко всем харизматам, но Стив Стрэнг стал моим близким другом. Он не только открыл мне двери, но и был использован Господом, чтобы дать мне советы по физическим упражнениям. Джон Пол Джексон сказал мне, когда мне было 67 лет: «Ты доживешь до преклонного возраста, но если не будешь в хорошей физической форме, то не сможешь насладиться им». Благодаря точности пророческих слов Джона Пола, я был потрясен до глубины души. Стив дал мне список физических упражнений, включая занятия с тренером, и сегодня я так же здоров, как и двадцать лет назад. Я до сих пор делаю 21 отжимание в день. Сейчас мне 90, и я называю это «Становимся сильнее со Стрэнгом».
Если я и думал когда-либо, что харизматические служители будут меня слушать, то у меня до сих пор есть некоторые опасения. Во-первых, я убежден, что большинству христиан-харизматов необходима хорошая доза учения о суверенитете Бога. Суверенитет Бога — это Его прерогатива делать все, что Он пожелает, с кем пожелает. Бог сказал Моисею: «кого помиловать — помилую, кого пожалеть — пожалею» (Исх. 33:13). Павел повторил это в Римлянам 9:15. Каждый харизматический проповедник, который любезно приглашал меня проповедовать за последние двадцать лет, подтвердит это: я никогда не выставлял напоказ свою реформатскую теологию. Мое послание харизматам сосредоточено на полном прощении, помазании и важности того, чтобы не огорчать Святого Духа (Еф. 4:30). Моя ДНК — это Слово и Дух, а это значит, что нам нужны одновременно и Слово, и Дух, если мы хотим восстановить честь имени Божьего.
Джон Пол Джексон перед смертью пророчествовал, что ключом к следующему великому Божьему действию на земле станет Послание к Римлянам, и особенно 4-я глава. Если он оказался прав, это означает, что произойдёт возвращение к Евангелию, подобному тому, что было во времена Мартина Лютера, а именно к учению об оправдании одной лишь верой. Мой собственный опыт общения с харизматами показывает, что многие не понимают этого учения. Что «мы спасены верой плюс ничего более»: одной лишь верой в кровь Иисуса. Именно это перевернуло мир в 16-м веке. Именно этому учил Джон Уэсли в 18-м веке, а также Джонатан Эдвардс, чье служение привело к Великому пробуждению в Новой Англии. Мои наблюдения показывают, что удивительно большое количество харизматических христиан не имеют личной уверенности в спасении. Это плохо. Люди должны знать, спасены они или погибли!
Меня искренне беспокоит то, что многие харизматы, которых я встречал, не знают Библии. У меня есть (к сожалению) веские основания полагать, что многие проповедники-харизматы не ведут активную молитвенную жизнь. Согласно опросу, проведенному несколько лет назад, большинство церковных лидеров в Америке (харизматических и нехаризматических) уделяют своим личным отношениям с Господом всего четыре минуты в день. Мартин Лютер молился два часа в день. Джон Уэсли молился два часа в день. Где же Лютеры сегодня? Где же Джоны Уэсли?
Итак, читатель, сколько молитесь вы?
Вот что сделает для вас суверенитет Бога. Он поможет вам освободиться от попыток что-либо изменить. Он вынудит вас осознать, что только Бог может превратить воду в вино. Он остановит вас — если вы будете испытывать искушение — от попыток щелкнуть пальцем и ожидать, что Бог сразу же выпрыгнет перед вами. Он убережет вас от мысли, что Бог нам что-то должен. Он побудит нас молиться, как прокаженный: «Господи! если хочешь, можешь меня очистить» (Мф. 8:2). Прокаженный знал свое место. Он знал, что Бог не обязан его исцелять. Практика суверенитета Бога напомнит нам просить милости прежде всего, когда мы смело приходим к престолу благодати (Евр. 4:16). Мы никогда не перестанем нуждаться в просьбе о милости. Учение о суверенитете Бога восстановит чувство благоговения перед Богом. В нашей стране нет страха Божьего. В церкви недостаток страха Божьего. То, что двадцать лет назад вызывало у нас возмущение, теперь мы принимаем без особого беспокойства. Мы спим. Мы не понимаем, что спали, пока не проснемся. Во сне мы делаем то, чего бы не делали, если бы бодрствовали.
Открытый теизм
Упомяну ещё одну вещь, которая, на мой взгляд, очень тревожна. Это принятие учения об открытом теизме. Многие читатели, возможно, не знают, что это такое. Но оно было привнесено в харизматическое движение ряд лет назад. Открытый теизм основан на предпосылке, что Бог всегда открыт для нашего влияния. Суть этого учения состоит в том, что Бог не знает будущего, но обращается к нам за помощью, чтобы узнать, что делать дальше. Только представьте! Бог, который не знает конца от начала, как сказал Исаия (Ис. 46:10). Святой Августин говорил, что Бог, который не знает будущего, — это не Бог.
Если вы не уверены, являетесь ли вы сторонником открытого теизма, вот практики, вытекающие из этого ошибочного учения. Возможно, вы усвоили это учение, даже не осознавая этого. Открытый теизм в значительной степени сосредоточен на концепции молитвы. И это же вроде даже неплохо. Согласно Библии, цель молитвы — узнать волю Божью, а затем молиться об этом. Если мы просим чего-либо по воле Божьей, Он слышит нас (Иоанна 5:14). Но открытый теизм утверждает, что цель молитвы — изменить волю Божью, и что если ваша мотивация к молитве не состоит в изменении воли Божьей, вы тратите время впустую! Такое мышление — явный признак того, что открытый теизм человеко-центричен.
Что касается молитв об исцелении, некоторые утверждают, что если вы не исцелились, то это ваша вина. Что это из-за недостатка вашей веры. Это учение повергло многих совестливых христиан в отчаяние, вызывая у них чувство вины, которое никогда не прекращается. Иисус ни разу не осудил человека за то, что тот не исцелился. Один из лидеров как-то сказал: «Если бы апостол Павел имел мою веру, у него не было бы жала в плоти». Это отрицание утверждения Павла о том, что он является образцом и примером. Получается, мы ставим себя выше Библии в целом и Павла в частности. Некоторые сторонники открытого теизма говорят, что ранние мученики, умершие за свою веру, погибли из-за неспособности церкви молиться, и что Стефан (Деяния 7:60) не должен был умереть. Вот насколько люди, придерживающиеся открытого теизма, отходят от Писания. Это полная противоположность учению Павла о суверенитете Бога. Некоторые заходят слишком далеко, утверждая, что Бог меняет Свои планы каждый день в зависимости от того, как мы молились накануне.
Пятьдесят лет назад общим знаменателем харизматического движения были дары Святого Духа. Сегодня же это учение о процветании. В молитве «Отче наш» Иисус сказал, что мы должны молиться: «да будет воля Твоя и на земле, как на небе». Церковь на протяжении веков истолковывала это так: поскольку на небесах нет бунта — с ангелами и почившими святыми, — мы должны быть уверены, что и в наших сердцах нет бунта. Сторонники открытого теизма же учат, что поскольку на небесах нет болезней, то и на земле не должно быть болезней. Но ведь и смерти на небесах нет!
Я бы пошёл на костёр за то, что написал в этой статье. Спасибо, Charisma, за публикацию.
Автор — Р. Т. Кендалл / mycharisma.com
Перевод — Алекс Фишман для ieshua.org
Последнее: 04.03. Спасибо!
Хорошая статья — калорийная. Дает много пищи для размышлений.
Уважаемый автор справедливо отмечает недостаток богословского образования у харизматических — в широком смысле — служителей. Нет, с формальной точки зрения в этом плане не все так плохо. Вернее, может и плохо, но с другой стороны. У многих есть «корочки», но они формальные — учреждений, научный уровень которых вызывает сомнения. С одной стороны это можно понять и объяснить Словом Божьим:
26 Посмотрите, братия, кто вы, призванные: не много [из вас] мудрых по плоти, не много сильных, не много благородных;
27 но Бог избрал немудрое мира, чтобы посрамить мудрых, и немощное мира избрал Бог, чтобы посрамить сильное;
(1Кор.1:26,27)
С другой стороны, таковы жизненные реалии евангельской веры. Здесь вспоминается эпизод из замечательного советского фильма «В бой идут одни старики». Когда пришло пополнение, командир (Л.Быков), осмотрев их сказал: «Понятно... взлет-посадка». Так и с протестантскими пасторами. Причины, кстати, аналогичные: надо было воевать — тем и чем, что было.
Однако. Слава Господу, что пришло время, когда знания стали такими доступными, балодаря современным технологим, что оправданий — у некоторых — не остается. Было бы только стремление учиться. И вот реформатские пастора могут быть в этом плане хорошим примером.
Хотел бы только предупредить, чтобы читатели не допустили ошибку и не впали в крайность. Знания, в том числе и богословские, — это не главное. Бог — это взаимоотношения. Если ты не рожден свыше, если у тебя нет близких взаимоотношений со своим Господом — все «суета сует».
Но хотелось бы предупредить и другую крайность — недооценки богословия. Причем, настоящего живого богословия, не схоластического. По живым богословием я понимаю богословие, имеющее неразрывную связь из духовной жизни верующего; богословие, рожденное и выстраданное на тернистом пути следования за Христом.
Отличительной чертой такого богословия является его прикладной характер. Как справедливо отмечает автор статьи, многие харизматические верующие не имеют личной уверенности в спасении. От себя добавлю: они верят в Бога, но не Богу; они не научились Ему доверять в обычных жизненных ситуациях. А может потому, что не научены, что значит «спасены только верой»? Может, если бы их учили правильному богословию, тогда и духовная жизнь протекала бы куда успешней? Я однажды на проповеди спросил у церкви: кто из вас святой? Никто не ответил — тишина. Десятки человек. Надо было учить. Потому, что если верующий не знает, что он спасен, что он святой, тогда у него не христианская жизнь в Боге, а сплошные сомнения и страдания.
Мне, кстати, очень нравится выражение «мы спасены верой плюс ничего более». Не то, чтобы Sola fide устарело... Дело вот в чем. Когда в ранней церкви велись христологические и другие богословские споры, церковь формулировала ортодоксальные формулировки веры. Но дело в том, что еретики с ними соглашались, но вкладывали свой, еретический смысл. Тогда церковь их уточняла — и с этими соглашались еретики. В конце концов церковь находила такой — однозначный! — вариант, что еретики не соглашались. Это я веду к Sola fide — и католики уже учат только верой! Поэтому надо брать пример с ранней церкви.
... Автор вопрошает: где же Лютеры сегодня?.. Мне вспомнился один недавний эпизод. У известного православного богослова А.Кураева на встрече спросили: возможно ли сегодня появление в православии своего Лютера. И он, с присущей ему ученостью, объяснил, почему нет. Я же скажу, что и пришел, но, как сказал Господь:
но говорю вам, что Илия уже пришел, и не узнали его...
(Матф.17:12)
Я имею в виду православного богослова Евгения Александровича Жукова. Это не академический богослов. Но что его роднит с Лютером — его богословие буквально выстрадано собственным тернистым духовным путем. В отличие от других православных богословов он не изобретает фиговых листков в виде пересобирания терминов, дабы прикрыть влияние протестантизма на свое богословие, а называет вещи своими именами.
Мне как-то довелось наблюдать заочную дискуссию двух православных богословом по вопросу евхаристии. Один защищал традиционную концепцию переложения, второй же ее опровергал. Я почитал и усмехнулся. И подумал: нет, истину через черный вход не пронести. Что я имел в виду? Последний стремился доказать свою правоту, настаивая, что именно это «православно». Мне, как стороннему наблюдателю, убедительными доводами — в пользу «православности» — показались аргументы первого. Поэтому, как утверждал ранее, реформы в православии возможны исключительно при опоре на Слово Божие.
Именно этим занимается Е.А.Жуков. Поэтому, хотя его и критикуют за «кальвинизм», и у меня есть некоторые вопросы к «кальвинизму», я скажу так: он прав, даже если он не прав. Потому что он делает дело Божье: возвращает в православии Слову Божьему тот авторитет, который Ему подобает. Библия учит:
3 Поклоняюсь пред святым храмом Твоим и славлю имя Твое за милость Твою и за истину Твою, ибо Ты возвеличил слово Твое превыше всякого имени Твоего.
(Пс.137:3)
и
12 Почтите Сына, чтобы Он не прогневался, и чтобы вам не погибнуть в пути [вашем], ибо гнев Его возгорится вскоре. Блаженны все, уповающие на Него.
(Пс.2:12)
(К сожалению, в иудейских переводах Танаха «Сына» заменили на «чистоту». Только Радак «осмелился» упомянуть Сына?)