В течение последних нескольких лет мы часто слышим о христианском национализме. Некоторые говорят, что это просто выдуманный левыми термин. Другие думают: «Что не так с христианским национализмом?», полагая, что это просто ещё один термин для обозначения патриотизма.
Но так ли это? Является ли христианский национализм всего лишь унизительным названием от запуганных теми, кто придерживается библейских ценностей? Уважаемые лидеры харизматического мира, такие как д-р Майкл Браун, д-р Марк Чиронна и д-р Джозеф Маттера, предупреждали об опасностях христианского национализма. Другим словами, они считают, что он реален!
На самом деле, многие люди (включая политических лидеров) получили прозвище христианских националистов. Противоречивая конгрессвумен Марджорри Тейлор Гринн недавно сказала: «[Республиканской партии] необходимо быть партией национализма, и я христианка, и я с гордостью говорю: мы должны быть христианскими националистами».
Я собираюсь утверждать в этой статье, что христианство реально, национализм реален, но нельзя совмещать то и другое — эти идеологии противоположны друг другу.
Что такое национализм?
Если вы думаете, что национализм — это патриотизм, вы не первый, кто совершает подобную ошибку. Национализм очень отличается от патриотизма. Патриот — это тот, кто любит свою страну. Как патриот я люблю Декларацию независимости, в которой отцы-основатели объединили 13 колоний идеей о том, что все мы созданы Богом равными, и мне нравится то, как нация объединилась после 9 сентября 2001 года. Я люблю День Благодарения и 4 июля. У меня есть эмоциональная связь со звёздно-полосатым знаменем и песней «My Country Tis of Thee» (Моя страна, это тебе). Когда я вижу, как американский солдат удивляет свою семью тем, что возвращается раньше, я не могу не плакать, зная, что он пожертвовал собой ради Соединённых Штатов. Это патриотизм.
С национализмом дело обстоит иначе: обычно это реакция на чувство, что тебя унижают или проявляют к тебе неуважение, когда твоя страна теряет контроль над теми, кто не нравится тебе.
В большинстве современных контекстов национализм — это «политика или доктрина отстаивания интересов своей нации, рассматриваемых в отдельности от интересов других наций или общих интересов всех наций». Коротко говоря, национализм — это своего рода чрезмерный, агрессивный патриотизм [1].
В наше время национализм — это слияние патриотизма и движений национального превосходства в нечто, что перерастает в расизм, а иногда и насилие. Пример этому — Владимир Путин. Он «придерживается этнонационалистических мотивов и движим чувством исторической миссии по исправлению предполагаемой несправедливости и собиранию утраченных русских земель и общин» [2].
В Америке группы, открыто использующие термин «национализм», — это группы сторонников превосходства белых, осуждающие утрату Соединёнными Штатами своих белых корней. Уильям Регнери, богатый основатель исследовательского центра белых националистов/сторонников превосходства белой расы, считает, что его делу помогла Республиканская партия. «Я думаю, что Трамп был легитимизатором, — утверждает он. — Белый национализм превратился из разговора, который можно было вести в туалете, в разговор в гостиной» [3]. Это не моё утверждение — я просто цитирую слова человека, который представляет многих сторонников превосходства белых.
По определённым причинам белые националисты были преданы Президенту Трампу так, как никогда не были преданы предыдущим президентам-республиканцам. Послушайте слова Ричарда Спенсера, представителя ультраправых и лидера группы, которую финансирует Регнери. «Но мы (в лагере белых националистов) были связаны с Дональдом Трампом на определенного рода психическом уровне. Он был первым настоящим аутентичным националистом в моей жизни... Мы подхватили эту волну».
Национализм и нацизм
Движение нацистов было националистическим движением. Гитлер убедил нацию в том, что евреи — это сильный враг, который хочет отнять у немцев их культуру. «С точки зрения Гитлера, кампания против евреев была важной частью войны за выживание и экспансию арийцев» [4]. Национализму нужны «чужаки»: евреи, иммигранты, темнокожие, цыгане и т.д. Патриотизм может прославлять величие своей страны вместе с «чужаками», тогда как национализм видит в них угрозу.
Унижение Первой мировой войны
Было бы ошибкой предполагать, что Гитлер появился просто так. Это был идеальный шторм для кого-то вроде фюрера. Социопат-антисемит не может быть избран просто так. Было много факторов, которые проложили ему путь. Гордый народ Германии потерпел сокрушительное поражение в Первой мировой войне. Это было огромное унижение. Версальский договор требовал от них выплаты репараций. Это отправило экономику Германии в глубокий кризис. «В 1921 году комиссия [по репарациям] пришла к выводу, что Германия должна союзникам 132 миллиарда золотых марок (31,4 миллиарда долларов)... Этот договор ошеломил немцев» [5].
«Когда немецкое правительство взяло большие кредиты, чтобы погасить свои первые выплаты по Версальскому долгу, начался период инфляции, который правительство Веймарской республики позже использовало, чтобы подчеркнуть то, что многие немцы считали нечувствительностью союзников к депрессии немецкой экономики. Курс немецкой марки упал с 8,4 марки за доллар в 1919 году до 18000 марок за доллар в 1923 году» [6].
Немецкий народ чувствовал себя униженным и лишённым уважения. Гитлер воспользовался этой болью и своими ораторскими способностями, чтобы разжечь не только патриотизм, но и расистский национализм. В течение 12 лет своего правления он так манипулировал немецким народом, что привёл его к совершению геноцида. Это национализм в худшем его проявлении.
Националисты ненавидят настоящего Иисуса
Вас, наверное, интересует, почему я назвал эту статью «Миф о христианском национализме». Потому что это оксюморон. Национализм по сути своей не христистианский, а антихристовый. Чтобы быть христианским националистом, вам нужно изменить христианство. Христианство направлено наружу, оно обращено к народам, национализм же замкнут.
Гитлер ненавидел Иисуса и христиан. Он считал, что Иисус из Библии слабый и бессильный.
«Вера для слабаков: Не только еврейство Иисуса спровоцировало ненависть нацистов к ортодоксальному христианству. Вместе с поклонением еврейскому Богу традиционное христианство прославляло добродетели, которые нацисты считали отвратительными: любовь к ближнему, прощение, миротворчество и смирение, и это лишь некоторые из них... Но в риторике нацистов они заменяются на ненависть, отвержение, жестокость, окончательную победу, подчинение Гитлеру, отвержение слабых, больных и маргиналов» [7].
Теологи Германии создали Иисуса по образу Третьего Рейха. Я опасаюсь того, что некоторые сейчас создают Иисуса по образу Американской революции. Мы говорим: «Не наступай на меня» и связываем это с образом змеи, но Иисус пришёл как смиренный червь (Псалом 21:7). Когда на червя наступают, он не кусается. А мы? Мы готовы бороться за свою свободу, но Иисус упрекал Петра за революционные действия. И именно еврейских националистов уничтожили римляне в 70 год н.э., в то время как основной фокус еврейских апостолов был на распространии Евангелия по всему миру. Если бы они сфокусировались на еврейском национализме, большинство из нас даже не знали бы об Иисусе!
Что это значит для нас сегодня?
Позвольте мне говорить прямо. Американцы наслаждаются тем, что я считаю величайшей формой правления из когда-либо существовавших. Тот факт, что мы можем принимать участие в политических процессах, был неслыханным для прошлых поколений. Нет, мы не первая демократия, но мы наиболее уникальная демократия. Как только кто-то становится верующим, это не означает, что у него больше не должно быть своего политического мнения. Точно так же, как Иисус сказал нам платить налоги Кесарю, в нашей демократии мы можем бросить вызов Кесарю. У российских журналистов текут слюнки от той свободы, которой наслаждаются наши журналисты. Я считаю, что христиане должны быть обязательно вовлечены в политический процесс, но как добропорядочные граждане, а не делая это частью своего религиозного посвящения. Моё посвящение Иисусу проявляется в том, что я, будучи частью политического процесса, позволяю своему свету сиять. Если я отправляюсь сражаться за свою страну, это мой долг перед моей страной. Но то, как я веду себя в этой войне как свидетель Мессии, — это мой долг перед Богом.
Я знаю, что многие правые американцы устали от подавления левой элитой. Разве можно забыть, как Барак Обама обращался к группе людей в либеральном Сан-Франциско, называя жителей маленьких городов «озлобленными... цепляющимися за своё оружие и религию»? Я не сомневаюсь, что такие люди, как Александрия Окасио-Кортес или Адам Шифф, смотрят на евангеликов как на недалеких, необразованных и отсталых, если не как на откровенных расистов. Понятно, почему евангельские христиане взволнованы.
Как мы должны реагировать?
Хотя мы как американцы несём ответственность за политический процесс, у нас также есть гражданство на небесах. И те законы (Царства Небесного) требуют от нас определённых вещей — и когда мы их делаем, мы высвобождаем Божью благодать на нашу нацию. Потому, хотя мы можем баллотироваться, голосовать, вести блоги и ходить на про-лайф митинги (лично я много лет назад был арестован за блокирование входа в клинику абортов), мы должны помнить, что мы также представляем Иисуса.
Неважно, что меня называют расистом, я всё равно буду ходить в любви. Я буду прощать. Я буду подставлять другую щеку. Я буду молиться за врагов. Библия говорит мне, что я должен жить в мире со всеми (Римлянам 12:18), насколько это возможно, и молиться за моих лидеров (для Павла это подразумевало молитву за палача Нерона!). Я знаю одну церковь, которая молилась за Дональда Трампа каждую неделю, как мы и должны делать. Когда же я спросил своего друга, молятся ли они за Джо Байдена, он сказал: «Нет, он обречён отправиться в ад». Я ответил, что тем больше причин молиться за него!
Пётр говорит о том, как мы должны вести себя с неверующими в публичном пространстве. «[Прошу вас] провождать добродетельную жизнь между язычниками, дабы они за то, за что злословят вас, как злодеев, увидя добрые дела ваши, прославили Бога в день посещения» (1 Петра 2:12). Я приветствую смелость и готовность многих верующих противостоять проблемам, которые затрагивают наши семьи и церкви. Но часто я вижу, что некоторые лидеры ведут себя скорее как разгневанные политики, нежели как Иисус. Я вижу, как они насмехаются над неверующими, используя последние популярные хэштеги. Просто прочитайте некоторые насмешливые твиты и спросите себя: «Они подражают Иисусу или чему-то другому, что влияет на их жизни?»
Давайте будем смелее. Давайте проповедовать Евангелие. Давайте противостоять культуре. Давайте делать это так, как сделал бы Иисус.
В итоге...
- Патриотизм — это хорошо.
- Национализм — это плохо.
- Мы должны высказываться по политическим вопросам современности, от трансгендеризма до расизма.
- Мы должны помнить, что, когда мы что-то говорим, мы призваны являть миру Иисуса.
[1] «Patriotism vs. Nationalism: What’s The Difference?» April 17, 2020, https://www.dictionary.com/e/patriotism-vs-nationalism/
[2] Neil Melvin, «Nationalist and Imperial Thinking Define Putin's Vision for Russia», March 2, 2022
[3] Deborah E Lipstadt, Antisemitism (New York: Schocken Books, 2019), 51.
[4] Crowe, David M... The Holocaust (p. 103). Taylor and Francis. Kindle Edition.
[5] Crowe, 90.
[6] Crowe, 95.
[7] Dean G. Stroud, Preaching in Hitler's Shadow: Sermons of Resistance in the Third Reich (Grand Rapids: Eerdmans 2013), 45.
Автор — Рон Кантор / roncantor.com
Перевод — Анна Иващенко для ieshua.org
Последнее: 26.07. Спасибо!
Надо отметить, что брат Рон взялся за очень сложную тему, в которой есть свои подтемы. Поэтому здесь неизбежны трудности. Я же хотел бы поделиться своими замечаниями, которые, возможно, дополнят картину. Не претендую на истину в последней инстанции. Поскольку тема многогранная, я затрону только одну грань — собственно нацонализм без связи с христианством.
Сразу хотелось бы привести высказывание Декарта: «Люди избавились бы от половины своих неприятностей, если бы смогли договориться о значении слов». Брат Рон дает свое определение, делая важное замечание про «большинство современных контекстов». Я бы сказал, что это определение если и подходит, то только для западного демократического мира. Согласен с автором во втором уточнении: национализм — это своего рода чрезмерный, агрессивный патриотизм. Но позволю вопрос: а какой иной патриотизм возможен в сегодняшней Украине? Патриотом можно быть в Америке. А то посмотришь российское ТВ: украинские националисты атаковали то, атаковали се. Создается впечатление, что против России воюют только националисты, хотя всем понятно, что воюет весь украинский народ. А весь российский нарратив ориентирован на экспорт, поскольку национализм там имеет негативное значение. И это понятно: в демократическом мире отстаивать национальные интересы силой оружия?! Но в молодых/рождающихся государствах, которым приходится отстаивать независимость с оружием в руках, национализм имеет положительное значение. То же относится к еврейскому национализму — сионизму. Не перекливается ли риторика Ирана с российской? Они, дескать, не против евреев, а против сионизма?
Не мог пройти мимо такого выражение как «белый национализм». Неужели не понятно, что это оксюморон? Белый может быть только расизм. Правильное название не используется потому, что с ним не выйдешь в приличное общество. Ну, а если ты белый националист, как бы ничего. И не важно, что это чушь. Главное, что это проходит.
В переводе ошибка в дате — «как нация объединилась после 9 сентября 2011 года». В оригинале год не упоминается, но подразумевается 2001 год, когда случилось это событие.